Выбрать страницу

О битве при Прейсиш-Эйлау можно с уверенностью сказать, что она явилась одним из самых кровавых сражений против Наполеона Бонапарта Четвёртой коалиции, которую составили Россия, Пруссия, Швеция и Великобритания.

Сражение состоялось 26-27 января (по старому стилю и 7-8 февраля – по новому) 1807 года близ города Прейсиш-Эйлау ( в наше время – город Багратионовск Калининградской области).

Сражение далось с чрезвычайным трудом для всех участников кампании, стоило ничем не оправданных потерь, и принесло, в конечном итоге, совсем не тот результат, на который надеялись противоборствующие стороны.

Битве при Прейсиш-Эйлау предшествовали крайне неудачные боевые действия Пруссии, которая не могла оказать наполеоновской армии должного сопротивления. На помощь своему терпящему поражение союзнику император Александр I направил генерала от кавалерии Леонтия Леонтьевича Беннигсена. Тот сумел выстоять против французов, однако не проявил стратегической инициативы.

Генерал от кавалерии Беннигсен

Положение стало походить на затянувшуюся ничью: Император Франции надеялся навязать русским войскам генеральное сражение в котором надеялся победить, а русские части были намерены стоять до последнего. В итоге, боевые действия были приостановлены почти на месяц: наступила зима и войскам требовался отдых.

К концу января (по старому стилю) французский маршал Мишель Ней принял неожиданное решение: недовольный условиями вынужденной зимовки у Нойденбурга, он самовольно выдвинул войска в восточном направлении.

Маршал Мишель Ней

Генерал Беннигсен принял перемещение Нея с его 15000 человек за начало общего наступления. Он предположил, что французская армия намерена атаковать Кёнигсберг – главный город Восточной Пруссии, который союзники были намерены защищать всеми средствами. Это побудило его выступить самому.

Так были созданы предпосылки для последовавшей битвы.

Наполеон был раздосадован выходкой Нея, но решил прибегнуть к хитрости, чтобы превратить самоуправство маршала в искусный манёвр. Император Франции надеялся заманить главнокомандующего русскими частями Беннигсена под удар своих главных сил.

И ему это практически удалось: подлинные намерения Наполеона открылись лишь благодаря вовремя перехваченному курьеру – и генерал в последний момент сумел избежать западни. С боями он отступил до Прейсиш-Эйлау.

Участь преследователей оказалась ничуть не легче, чем отступавших: обе армии были предельно измотаны и продолжали движение из последних сил.

Непрерывно перемещавшиеся войска как русских, так и французов, нуждались в передышке.

Наполеон, чья армия не была подготовлена для нанесения главного удара, не спешил переходить к решительным действиям:

Мне советовали взять Эйлау сегодня вечером, но, помимо того, что я не люблю этих ночных сражений, я не хочу двигать свой центр слишком далеко вперёд до прибытия Даву, который является моим правым флангом, и Нея – моего левого фланга. Так что я буду ждать их до завтра на этом плато, представляющем при наличии артиллерии прекрасную позицию для нашей пехоты. Завтра, когда Ней и Даву встанут в линию, мы все вместе пойдём на врага, – сказал он.

На рассвете 8-го февраля русские открыли артиллерийский огонь, заметив движение неприятеля.

Генерал Беннигсен выстроил войска в две линии. Под его началом было до 67 тысяч человек и 450 орудий.

Наполеон располагал силами в 50 тысяч человек при 200 орудиях, но знал, что может рассчитывать на прибывающие к месту сражения подкрепления, которые бы дали ему дополнительно до 30 тысяч человек.

В полдень левый фланг русской армии испытал на себе удар подошедшего маршала Даву, имевшего в своём распоряжении 15 тысяч человек. Завязался ожесточённый двухчасовой бой, в ходе которого русские были вынуждены оставить с трудом занятые высоты.

Именно тогда Наполеон принял решение окончательно разбить противника, направив в атаку две дивизии.

Как это не раз случалось в Отечественной истории, победить неприятеля русским войскам помогла зима: внезапно разыгравшаяся снежная буря ослепила французов, которые, потеряв из виду нужное направление, подошли к центральной батарее русских почти вплотную. За несколько минут русская артиллерия уничтожила больше 5000 солдат Наполеона. Французы были вынуждены отступить.

Тем временем, уже генерал Беннигсен бросил в бой кавалерию и пехоту, а артиллерия обстреливала гвардию самого Наполеона.

Император Франции попытался смять атаку Беннигсена, выставив против него две дивизии, однако мощнейшая контратака русских была столь сильна, что достигла самой ставки Наполеона и его от смерти и плена спасла лишь подоспевшая конница маршала Мюрата. Когда 90 эскадронов Мюрата встретились с русскими частями, началось то, что очевидцы называли «побоищем».

Я был очевидным свидетелем этого гомерического побоища и скажу поистине, что в продолжение шестнадцати кампаний моей службы, в продолжение всей эпохи войн наполеоновских, справедливо наименованной эпопеею нашего века, я подобного побоища не видывал! – вспоминал участник тех событий.

После кровопролитнейшей схватки обе армии отступили на исходные позиции, хотя артиллерийская дуэль не смолкала до девяти часов вечера.

На этом бой был, фактически, завершён.

Обе стороны заявили о своей победе, однако потери французов составили 30 тысяч человек, в то время как русские потеряли не менее 26 тысяч солдат.

Лучше всего итог этой странной и страшной баталии подвёл маршал Ней, когда своими глазами увидел десятки тысяч убитых и раненых:

– Что за бойня, и безо всякой пользы! («Quel massacre ! Et tout cela pour rien!») – произнёс Мишель Ней.

Однако наша армия в сражении при Прейсиш-Эйлау впервые доказала, что Наполеон Бонапарат может проиграть генеральное сражение и своими действиями серьёзно ослабила силы французов.

В дальнейшем, Бородинская битва затмит своей славою это сражение, однако оно имело важнейшее значение для всей последующей кампании против Наполеона.