Выбрать страницу

Петербург принес в русский язык не только «поребрик» и «парадную». Понятие «дача» тоже отсюда — из петровской столицы.
Если совсем строго, то само слово «дача» намного старше. Изначально так называли земли, которые русские князья раздавали своим подданным за службу, но, как бы сказали сейчас, только на время действия трудового договора. Часть своих земель правители раздавали приближенным в вечное пользование. Из тех дач выросли родовые имения знати по всей стране. Все изменилось при неугомонном первом российском императоре, сообщает http://where.ru

Почти сразу после основания новой столицы Петр начал раздавать участки в ближних пригородах. Императору было нужно, чтобы вельможи находились рядом с ним, а не уезжали на полгода в Подмосковье. Поначалу особого энтузиазма новые владения у хозяев не вызывали по двум причинам. Главная — продолжалась Северная война с пока еще неясным результатом. Вторая — вывозить своих крестьян с плодородных черноземов на северные низины было громадным риском, ведь главный доход шел именно из родовых имений.

Но искать компромиссы все-таки приходилось. Так в ближних пригородах появляются усадьбы, которые строились по вековым образцам — с господскими дворцами, огородами и хозяйственными постройками. Городские кварталы пока предназначены для люда попроще. Кстати, нынешний Летний сад тоже был построен как типичное загородное имение, но только для царя. Регулярным парком он станет спустя десятилетия.

Главное направление петровского дачного строительства — Петергофская дорога. По всему расстоянию от любимой загородной резиденции до столицы нарезали участки по 4,5 гектара (100 на 1000 саженей) и предписали строить на них загородные дома. Иностранные гости Петербурга во время морского путешествия должны были видеть знакомые пейзажи — с бюргерскими домиками и пышными садами. Придворный архитектор Доменико Трезини даже разработал проект типовой дачи. При тогдашних сельскохозяйственных технологиях о каком-то серьезном доходе с таких участков речь не шла, поэтому использовались они исключительно для жизни летом. Произошла эта история в 1711 году, так что следующим летом вполне можно отмечать 310-летие дачного движения в России.

На протяжении полутора веков дачи оставались забавой для весьма состоятельных семей. Участки выдавались бесплатно, но их хозяева должны были активно включаться в градостроительный процесс. Для начала нужно было построить каменный дом на Городском острове, потом — на Васильевском, а дачный был как минимум третьим. Дачи часто становились обузой и на них экономили: тянули с постройкой до последнего, строили домики из строительного мусора, обмазывали штукатуркой и красили под кирпич. Издалека выглядит неплохо, а проверять никто не будет — и так сойдет.

А вот к северу от Петропавловской крепости почти весь XVIII век значится только четыре дачи, зато какие! Каждая из них занимала по целому острову: одна на Елагином, одна на Крестовском, одна на Каменном и Строгановская дача на Петербургской стороне.

Город рос, развивался, в каменных кварталах без единого деревца изнывали семьи тысяч министерских чиновников. Уже с начала XIX века появляется обычай выезжать на дачу на несколько месяцев — с середины мая до осенних холодов. Столичные правила хорошего тона обязывают хорошего хозяина иметь два дома. Сам глава семьи остается в городе и обязательно выезжает к семье на воскресенье и праздники, но старается «прихватить» еще несколько дней. Деловая жизнь замедляется, весь свет перемещается за город.

Появляется даже понятие «Летний Петербург». Оно относится к нынешней Петроградской и Выборгской сторонам, Каменному и Крестовскому островам. Там появляется целый город, строятся тысячи дач — от помпезных для высоких сословий до самых простых домиков, где селятся семьи чинов попроще. Городская инфраструктура подстраивается под новые требования горожан: с 1832 года на Крестовский и в Новую деревню ходят омнибусы, еще через пять лет запускается маршрут в Полюстрово. Вокзалы становятся не просто утилитарным сооружением, а местами для концертов и танцевальных вечеров. На Острова дачников доставляют регулярные линии Легкого Невского пароходства.

Толчком к «дачному буму» XIX века стали технологии, которые прямо не относились к домостроению — железные дороги и паровой двигатель. Теперь относительно быстро можно добраться на десятки верст, и в дачную суматоху включаются отдаленные Павловск, Вырица, побережье Финского залива.

Очень быстро появляются престижные дачные районы и места попроще. Высший круг предпочитает селиться на Каменном острове и у летних царских резиденций в Царском Селе и Павловске. Таких семей было относительно немного: они чаще выезжали за границу или в собственные имения. Еще одна потенциальная проблема — безопасность монаршей семьи, потому разрешение жить на таких дачах обычно получали высшие чиновники и гвардейские офицеры, доказавшие свою благонадежность.

«Исторические дачи» на Петергофской дороге и Крестовский остров — для среднего класса. Новая и Старая деревни входят в моду в 1850-х, после того, как построили мост на Крестовский остров, а в самих поселениях открыли источник минеральных вод. Здесь чаще всего селятся русские и иностранные купцы, биржевые маклеры и финансисты.

Ближняя Финляндия, то есть места после пограничной станции Белоостров, — место отдыха профессоров, адвокатов, художников, литераторов. «Дном» считалось взморье около Екатерингофа (нынешний район станции метро «Нарвская»). Краевед середины XIX века пишет, что там проводят лето «купцы, хороводящиеся с актерами и идущие по пути к разорению».
Цена удовольствия — от 10 рублей за комнату где-нибудь в Озерках до 300 за дом в Павловске. Цены — за все лето, дача снималась сразу на сезон.

Фото: https://fotostrana.ru